В издательстве «Альпина PRO» вышла книга «Сила окружения» российского бизнесмена и специалиста по нетворкингу Максима Фельдмана. В ней он рассказывает о том, как строить полезные связи и опровергает стереотип о том, что эффективно налаживать отношения могут лишь сверхобщительные люди.
The Village Казахстан публикует главу о главных мифах нетворкинга.
Стереотип 1: Нетворкинг — грязное дело
Профессиональный ментор Александр Кравцов характеризует нетворкинг так: «Есть одно но: нетворкинг отвратителен. Он полезен, спору нет. Но все равно отвратителен. И это научно доказанный факт, доподлинно установленный исследователями Торонтского университета. Они доказали, что каждый раз, когда мы суем кому-то визитку, мы внутренне содрогаемся от стыда, как будто, взвешивая в уме, что может выгореть из нового знакомства, совершаем подлость».
Что мы знаем о нетворкерах? Мы знаем, что они всегда улыбаются, крепко жмут руку, никогда не забывают визитки дома, поздравляют с днем рождения и посещают все мероприятия, где водятся те, кто им нужен. Они прирожденные коммуникаторы, или, как часто говорят, нетворкеры от Бога! «И тем опаснее такие люди, ведь они точно продадут мне то, что мне не нужно», — часто думаем мы.
Но дело не только в том, что нетворкинг может ассоциироваться у нас с чем-то нечистым, но и в том, что чем меньше мы к нему расположены (то есть чем хуже умеем налаживать связи с людьми), тем более грязным делом можем его считать. Автор книги Friend of a Friend, американец Дэвид Буркус в одном из выступлений говорит об этом так:
«У всех нас есть такой знакомый, который производит впечатление человека, знающего всех. Такой человек, который прекрасно сделает самопрезентацию и установит контакт с любым гостем на мероприятии. Такой человек, который влияет на других, легко заводит друзей и никогда не ест в одиночку. Такой человек, которого можно назвать прирожденным нетворкером… А как же быть нам — тем, у кого нет таких врожденных навыков, тем, кто, посещая мероприятия, стоит в сторонке и думает, как бы поскорее улизнуть незамеченным. Нетворкинг зачастую воспринимается такими людьми как что-то нечистое… Как же нам примирить наш внутренний конфликт: мы знаем, что нам нужна сильная сеть знакомств, но всякий раз, когда мы пытаемся заводить новые связи, мы чувствуем себя неуклюже и испытываем угрызения совести… Многочисленные социологические исследования показывают, что нетворкинг — это не столько искусство заведения новых связей, сколько хорошее понимание той сети контактов, которой вы уже обладаете! В этом смысле давно пора пересмотреть, что мы понимаем под нетворкингом. И я предлагаю под этим словом понимать знание о том, кто твои друзья и кто друзья твоих друзей! Если мы овладеем таким знанием, то заводить связи с незнакомцами нам почти не придется!»
Так же обстоит дело и у нас: в современном деловом русском языке у слова «нетворкинг» сомнительная репутация. Почему так произошло? В представлении обывателя — даже очень успешного — искусство заведения новых связей зачастую связано с умением манипулировать людьми с целью получения финансовой выгоды. Мы не знакомы с нетворкингом как с системным подходом, основанным на научных данных, — нам такая практика не известна (если только мы не работаем в Facebook, где про социологические теории знают всё!). В социологию термин «нетворкинг» стал активно проникать в 60-х годах прошлого века. Большинство первых фундаментальных открытий о том, как в современном мире работают связи между людьми, были сделаны американскими специалистами как раз в то время — взять хотя бы теорию шести рукопожатий или концепцию «сила слабых связей».
Я убежден, что искусство налаживания связей приносит настоящий результат тогда, когда оно основано на искренности и «химии»
И где-то со второй половины 80-х годов слово «нетворкинг» прочно прописалось в американском деловом лексиконе. В Россию нетворкинг пришел в начале 2000-х годов. Собственники бизнесов и наемные менеджеры, вкусившие прелести рыночной экономики, постигали азы искусства коммуникации, ведь в советское время ничему подобному их не учили. И конечно, западные гуру нетворкинга и их российские адепты делали тогда ставку на обучение самым понятным и востребованным способам приобретения связей: поведению на мероприятиях, рукопожатиям, улыбкам, обменам визитками и так далее. Неудивительно, что такая вполне серьезная научная дисциплина, как нетворк-наука (network science), превратилась в набор лайфхаков из разряда «хочешь жить — умей вертеться» или мотивационных речей в стиле Роберта Кийосаки, утверждающего, что самые богатые люди в мире занимаются связями, а все остальные ищут работу. Я убежден, что искусство налаживания связей приносит настоящий результат тогда, когда оно основано на искренности и «химии», но об этом мы поговорим позже. А пока скажу следующее: если вам кажется, что искусство заведения связей — это что-то нечистое, то эта книга для вас.
Стереотип 2: Нетворкинг и интроверты — две вещи несовместные
Когда я рассказываю, чем занимаюсь, одной из наиболее часто произносимых фраз в ответ бывает такая: «Я интроверт, и весь этот ваш нетворкинг не для меня». Раньше, слыша подобное, я пускался в объяснения про теорию экстраверсии и интроверсии великого швейцарского психиатра Юнга, про то, как ее видоизменил (или, по мнению многих юнгианцев, извратил) немецко-британский психолог Айзенк, и про то, что человек не может быть чистым интровертом — если, конечно, он психически здоров. С недавнего же времени я реагирую по-другому: я задаю вопрос, который перенял у автора книги «Friend of a Friend», упомянутой мной выше. Этот вопрос звучит так: «Скажите, вы ненавидите людей?» Еще никто не ответил на него утвердительно.
Действительно, определенную замкнутость интроверта можно ошибочно интерпретировать как нежелание общаться с людьми. Сравнивая такого человека с разговорчивым экстравертом, доминирующим в любом разговоре, обыватель зачастую может подумать: «ему никто не нужен», «он замкнутый эгоист» или «он не очень-то любит людей». Это, конечно, в корне неверно. Интроверты любят или не любят людей ровно настолько же, насколько их могут любить или не любить экстраверты. Просто интроверты любят ПО-ДРУГОМУ!
Как раз в этом у интроверта зачастую есть преимущество: ему легче выстроить разговор с собеседником таким образом, чтобы получить информацию и запомнить ее
Я не буду делать экскурсы в теории Юнга, Айзенка или Леонгарда (немецкий психиатр, чьи идеи были популярны в СССР), хотя понятия «экстраверсия» и «интроверсия» проделали большой и увлекательный эволюционный путь. Скажу лишь, сильно упрощая, что экстраверт заряжается энергией от пребывания в большой компании и теряет энергию от общения в узком кругу или с самим собой, а интроверт наоборот! И, как бы странно это ни звучало, именно интроверты зачастую дают фору экстравертам в том, как строить близкие и доверительные отношения с другими людьми. И вот почему. В 2010 году исследователи из Пенсильванского университета (США) выдвинули гипотезу, в соответствии с которой люди отдают предпочтение отношениям с теми людьми, про которых они знают больше, нежели с теми, о которых у них мало сведений. Действительно, целый массив социологических исследований показывает, что мы хотим знать о людях больше, чем могут дать ответы на стандартные «как вас зовут?» и «чем вы занимаетесь?». Мы хотим знать про их опыт, что ими движет, что они любят, какие планы строят на будущее и так далее. Мы хотим понимать, что человек представляет собой во многих контекстах (multiple contexts). Именно на основании такого знания мы и чувствуем «химию» и в результате принимаем решение о сближении или отдалении.
Как раз в этом у интроверта зачастую есть преимущество: поскольку он предпочитает общение либо в маленькой группе, либо один на один (что бывает чаще всего), ему легче выстроить разговор с собеседником таким образом, чтобы получить соответствующую информацию и запомнить ее. Выходит, что пока экстраверт общается с большим количеством людей, собирая достаточно поверхностные данные (или не собирая их совсем, ведь всех не упомнишь), интроверт использует тот же объем времени всего для одного-двух разговоров, но таких, которые могут привести к более значимым отношениям (meaningful relationships). Подчеркиваю, что ничто из сказанного мной выше не означает, что интроверты любят людей больше, чем экстраверты. Но это точно компенсирует прохладное отношение интровертов к тусовкам и нахождению в центре внимания. Существует множество способов выстраивания значимых отношений, и тот факт, что интроверты и экстраверты делают это по-разному, не означает, что у людей, принадлежащих к одной из этих групп, нетворк сильнее, чем у тех, кто относится к другой группе. Тем не менее определение своего психотипа по шкале интроверсия — экстраверсия, равно как и понимание значения этих слов, может быть вполне полезным шагом — это убережет от навешивания ярлыков и на других, и на себя самого.
И да, не верьте тем, кто утверждает, что нет никаких интровертов и экстравертов. Даже если вы слышите это от авторитетных людей. Как правило, люди говорят такие вещи либо для того, чтобы предложить собственную типологию личностей, либо просто для того, чтобы выгоднее себя продать. Конечно, эти «интроэкстраверты» существуют, ведь, как мы уже говорили, тот или иной тип общения одним людям дает энергию, а у других, наоборот, забирает ее. Вам не нравятся термины «интроверт» и «экстраверт»? Хорошо — и да простят меня профессиональные психологи за то, что сейчас я повешу на человечество очередной некорректный ярлык, — давайте называть их просто «более общительные люди» и «менее общительные люди». Так лучше? Возможно.
Но — стоп — я отвлекся. В действительности это не так уж и важно! Важно вот что. Если вы не самый коммуникабельный и общительный человек, знайте, что можете продолжать пропускать шумные тусовки и при этом построить сильный и полезный нетворк. Не хуже, чем у того вашего знакомого экстраверта, который иногда журит вас за то, что «отрываетесь от коллектива». Для этого нужно лишь разобраться со своими особенностями — в той личностной типологии, которая вам ближе, и определить комфортный формат общения с людьми. Поверьте, как человек, которого многие ошибочно считают экстравертом, я знаю, о чем говорю! Так что, товарищи интроверты, отложите скепсис и возьмите на вооружение несколько концепций, о которых пойдет речь далее. Они включены в эту книгу и для вас!
Стереотип 3: Нетворкеры — это люди, у которых не получилось ничего серьезного
«Видели мы этих нетворкеров! Клоуны!» — читается в глазах у каждого второго серьезного российского бизнесмена. При этом подавляющее большинство крупных предпринимателей и управленцев, как никто другой, понимают важность и ценность связей. Кто-то из них сумел превратить круг общения в значимый ресурс, а не в дыру, куда утекают внимание, время и деньги. Кто-то давно научился монетизировать связи. Кто-то нанял профессионального ментора и перешел на следующий уровень. А кто-то вообще всем-всем, что у него есть, обязан исключительно умению заводить связи и развивать их.
И при этом скепсис к слову «нетворкинг» крепче всего живет именно в головах российских бизнесменов! Может быть, так происходит потому, что они не любят англицизмы? Или потому, что комплексуют перед Джобсами и Гейтсами? Не знаю. Вообще, если честно, в головах многих наших бизнес-гуру живет много таких стереотипов, которые ни за что не позволили бы им реализоваться во что-то сколько-нибудь серьезное в других странах. Но дело не в этом. Дело в том, как именно вы воспринимаете нетворкера. И если при мысли о нем у вас в сознании возникает образ человека, надевшего галстук, натянувшего улыбку, напялившего социальную маску, говорящего «нужные» фразы «нужным» людям, то поздравляю — мы с вами понимаем друг друга! Моя цель — показать вам другой нетворкинг. Такой, который помогает снять социальные маски, натирающие лицо до мозолей. Такой, который ориентирован на целостность и искренность отношений. Такой, который помогает людям построить такие круги общения, где много доверия, где много интереса, где много фана. И даже такие круги, где много денег.
Если человек не развивает нетворк, не наращивает социальный капитал, он будет связан с этим миром гораздо слабее, чем те, кто инвестирует в свои связи
Результатом исследования стала опубликованная в 1967 году работа «Проблема маленького мирка» (The Small World Problem). Этот эксперимент положил начало тому, что известно почти каждому как теория шести рукопожатий. Точнее, как эту теорию стали называть позже — сам Милгрэм никогда такого названия не использовал. Казалось бы, теория доказана! Но к методу исследования есть вопросы. Дело в том, что 100 писем были направлены жителям Бостона, еще 100 — людям, работавшим в финансовой сфере, и лишь оставшиеся 100 писем получили те, кто не жил в одном городе и не работал в одной отрасли с целевым адресатом — бостонским брокером. Из этих «честных» писем до адресата дошли лишь 18!
Как вам кажется, можно ли делать выводы о том, как все жители планеты связаны друг с другом, основываясь на 18 письмах, присланных из двух американских городов в третий? Что, если бы речь шла не о брокере из Бостона, а о пастухе из Монголии? или о гинекологе из Намибии? или о фермере из Волоколамского района Московской области? Сколько писем из Канзаса и Небраски дошли бы до них? Все это я вот к чему. Ни в коем случае не пытаясь дискредитировать эксперимент, я лишь хочу донести до вас один железный факт: Милгрэм не пытался ответить на вопрос, как связаны между собой все жители Земли! Он проверял связанность в таком типе сетей, который математики и социологи называют small-world networks. Каждый узел этих сетей связан со всеми другими узлами через один-два шага. Хорошей иллюстрацией такой сети может быть, например, отрасль бизнес-образования в России. Эта отрасль пока невелика (к сожалению!), и, проведя в ней пять лет, я с вероятностью 99 % смогу связаться с любым коллегой через одно-два касания.
Очевидно, что количество «рукопожатий» между людьми, живущими в одном городе или работающими в одной отрасли, невелико. Равно верен и обратный вывод — как только мы пытаемся выйти за пределы такого социального кластера, длина цепочки связей существенно увеличивается! Это и подтвердил эксперимент Милгрэма — что мир удивительно тесен в таких сетях, в которых люди объединены общими признаками. Или, скорее, что «это не мир тесен, а прослойка узка». Вся остальная слава теории про шесть рукопожатий — из кинематографических сюжетов, таких, например, как в фильме «Елки», где мальчик из детдома отправляет сообщение президенту России. Именно поэтому считать, что при желании каждый из нас может соединиться с кем угодно в мире через шесть рукопожатий, — иллюзия! Если человек не развивает нетворк, не наращивает социальный капитал, он будет связан с этим миром гораздо слабее, чем те, кто инвестирует в свои связи. А ведь в современном сетевом мире такая «связанность» (connectedness) — большое конкурентное преимущество. Не питайте иллюзии! Шесть рукопожатий доступны не всем. Большинству людей не добраться до нужного человека ни за 10, ни за 20 рукопожатий.
Ломоносов говорил, что умение общаться — удел немногих. Основываясь на этой простой мысли, осмелюсь дать вам один совет: хотите иметь конкурентное преимущество — учитесь общению! И тогда ваши рукопожатия будут не иллюзорными, а самыми настоящими! Итак, будем избавляться от набивших оскомину стереотипов. И, надеюсь, нам с вами удастся наполнить понятие «нетворкинг» новым содержанием. Думаю, вы утвердились в желании осознанно и системно подойти к формированию окружения. И я вам в этом помогу. Еще раз напомню, что никакая личная стратегия, как, впрочем, и любая организационная стратегия, не сработает, пока вы не ответите себе на вопрос, какие люди должны быть рядом. Или, если выражаться привычным корпоративным языком, пока вы не сформулируете кадровую стратегию своей жизни. Возможно, так слово «нетворкинг» будет объяснить проще всего. Особенно серьезному российскому бизнесмену. Я надеюсь, что наше с вами погружение в мир нетворк-науки будет интересным. И полезным. И я рад предложить вам пройти этот путь вместе со мной.
Комментарии
Подписаться